Oska

Какого - такого? Дома тысячи комнат? Дома, из которого нет выхода? Пока Стив соображал, как сформулировать свой вопрос, женщина присела в соседнее кресло. Все тот же учительский взгляд. В руках - здоровенный зачитанный том. Наверное, из домашней библиотеки.
- Как ваше самочувствие? - взгляд женщины участливо остановился на его лице. Стив потрогал пластырь. Да уж, видок у него наверняка еще тот... Теперь они решат, что его тоже кто-то регулярно избивает, и потому Гасси приютила его в своем...

Стив шагнул из сосен прямо на лестничную площадку дома. Кошки уже не было. Да и вообще, кажется, наступил вечер. Внизу возле камина сидели люди, переговаривались негромко. Вот кто-то поднял голову, увидел его и помахал рукой.
- О, новый сосед! Спускайтесь, будем знакомиться.
Он начал спускаться, опасаясь, что едва шагнет на последнюю ступеньку, глаза вновь откажут ему. Но ничего не случилось. Стив поглядел на входную дверь. Несколько шагов - и он на свободе...
- Ну...

То, что он увидел, ему понравилось. Длинный деревянный стол. Массивный подсвечник. Керамическое блюдо с яркими фруктами. Стулья с высокими спинками. Справа, у окна - деревянные хозяйственные шкафчики, современная плита. Слева - холл с множеством кресел, подушек, диванов, и - камин, облицованный темным кирпичом. Здесь могла уютно устроиться большая компания. Есть ли у Гасси сестры-братья? Он хмыкнул, вспомнив свою мысль, как ей должно быть одиноко. Да тут хоть комиссию по нарушению правил проживания...

Книги-книги-книги, бесконечные книжные полки, достигавшие потолка и тающие в полумраке комнаты. За массивным старинным столом, на котором стоял подсвечник с семью свечами - канделябр? - сидел старик. Седой, с длинной белой бородой. В балахоне, подозрительно напоминавшем что-то средневековое. Писавший в толстом, огромном, распахнутом посередине томе. Писал он пером, обмакивая его в массивную чернильницу. Черная кошка, сидя перед ним на столе, сосредоточенно умывалась. Не переставая писать, старик...

Он полулежал на кушетке. Гасси остановилась, оглядывая окрестности. Да уж, повеселился Уокен ночью на славу: перевернутая мебель, разбитая посуда, разбросанные продукты. Мохначи под ее хмурым взглядом усердно наводили порядок.
- Еда на столе, - сказала Гасси негромко, зная, что он не спит. Уокен даже не пошевелился. Она попереминалась на месте - ей было неудобно и неприятно: ведь вряд ли кто-то или что-то может заставить свернуть Стивена Уокена с избранного им пути.
- До вечера,...